Голливуд – это место, где рождаются легенды. Но за каждым сиянием славы, за каждой улыбкой, которая покоряет миллионы, скрывается история. История борьбы, мечтаний и, порой, трагедий. Мы знаем их как икон, как символы эпохи. Но какими они были на самом деле? И как их свет продолжает влиять на тех, кто пришел после?"
Мэрилин Монро. Имя, которое стало синонимом красоты, обаяния и трагедии. Она была кумиром миллионов, но и у нее был свой кумир. Считается, что Мэрилин Монро была самой сексуальной блондинкой Голливуда. Но самой первой блондинкой всё же была Джин Харлоу, которая и стала прототипом Мэрилин Монро.
В этой книге речь пойдёт о женщине, которая вдохновила маленькую Мэрилин Монро и её мать, чей образ она всегда хотела повторить и чью славу она мечтала превзойти. Женщина, которая стала первой блондинкой Голливуда, первой, кто показал, что за внешней легкостью может скрываться глубина и сила. Ее звали Джин Харлоу…
Джин Харлоу была первой платиновой блондинкой в кино, олицетворением невинности и чувственности, которая появилась ещё до Мэрилин Монро.
Джин Харлоу была настоящей блондинкой-бомбочкой.
– Ты бы удивился, если бы я надела, что-нибудь более удобное?
(Из фильма «Ангелы ада» 1930)
Джин Харлоу первая актриса из кино, которая появилась на обложке журнала Life.
Она стала иконой блондинок-бомбочек.
Джин Харлоу – икона стиля. Она создала этот образ и сделала блондинок-актрис популярными.
– И, Трей, – это значит “заходи и садись”.
– Я не рассказываю о своих друзьях, пока не уйду.
(Из фильма «Саратога» 1937)
Изначально Джин Харлоу прославилась ролью роковой женщины, но за свою карьеру она продемонстрировала настоящий талант.
Она была первой, кто показал на экране то, чего раньше никто не делал.
Она не была просто роковой женщиной, она была комедийной актрисой.
Она действительно умела играть.
Говорят, что в жизни она была очень милой, и ей стали предлагать такие же роли.
За свою десятилетнюю карьеру Харлоу навсегда оставила свой след в Голливуде.
– Он бы тоже не одобрил меня, если бы знал, что мне действительно нравится.
(Из фильма «Ангелы ада» 1930)