«Ты станешь моей перед Богами, золотинка. Так мы обретем связь».
«Я собирался подождать до момента, когда ты будешь готова. Но обстоятельства изменились, и я хочу тебя уберечь, даже если ты сама этого не желаешь».
Я снова и снова прокручивала в голове слова Альгерда и то, что случилось после. Я действительно сильно испугалась. И это мягко сказано!
Первым делом решила, что навеки вечные лишилась своего голоса, потом вспомнила, что договаривалась с Варгином всего на год, отдышалась.
– Дана, ты хотела мне что-то поведать, – нетерпеливо напомнил Туман.
Я снова попыталась открыть рот – и опять промашка. Магия действовала безотказно. Мало того, не выходило даже показать князю, что со мной творится неладное. Я не могла выразиться ни жестами, ни взглядом, ни мимикой. Все как отрубало.
– Так ты согласна на ритуал? – Альгерд обнял мою голову ладонями, не позволяя отвернуться. – Нужно решать быстро, но я готов выслушать твое мнение.
Он снова не спрашивал – ставил перед фактом. Но сейчас у меня особо выбора и не было. Да и надобна ли ему немая супруга – тот еще вопрос. А вот Альгерд нужен мне гораздо больше, чем я предполагала. И после всех событий, тем более не могла оставить его одного. Я еще этой ночью приняла решение.
– Да! – выпалила я и сама удивилась, услышав свой голос. – Я согласна!
Не все пропало?! Я все еще могу говорить!
Могу!!! Я даже подпрыгнула от порыва радости.
Неужели Варгин решил таким гадким образом напомнить о нашем договоре?
Как вспомнила про кота, голова закружилась от волнения, руки задрожали.
– И ты больше не попытаешься бежать? – не дал мне подумать Туман.
– Это была ошибка, но я вовремя все осознала. У меня состоялся не самый приятный разговор со Стемидом, и он почти заверил, что я тебе не нужна. Ночью я выбралась в сад, а там Антоник… Дальше ты все знаешь…
Я задыхалась от волнения, торопилась, пытаясь побыстрее рассказать Альгерду, как все произошло, пока имелась такая возможность, но он закрыл мне рот коротким поцелуем. А потом, прервавшись, сказал:
– Стемид часто бывает слишком прямолинеен и резок. Но не стоит всерьез воспринимать каждое его изречение. Мы все преследуем свои интересы.