Пролог
В шоке
– Ну давай же! Ну! Приходи в себя! Давай! Ты сможешь! Ты же нэнги! Воспользуйся второй ипостасью! Давай же, девочка! Борись!
Мужской голос звучал немного взволнованно, тревожно и очень ласково. Что было крайне странно – ведь я впервые слышала этот приятный, бархатистый бас.
И, тем не менее, он буквально преследовал меня в той тьме, где я оказалась…
В бессознательном состоянии…
Он звал, он просил, он временами молился каким-то неведомым мне богам.
Храсту, Деверту, Тализее… Просил их помочь мне, потому что они и мои боги тоже…
Он не оставлял меня ни на секунду, кажется – ни днем, ни ночью, хотя я почти не различала времени суток…
Редкие проблески сознания дарили то вспышки слепящего солнечного света, то падающие в глаза лучи от яркого светильника где-то рядом. Складывалось ощущение, что комната либо плотно зашторена, либо все окна наглухо закрыты жалюзи…
Не знаю сколько так продолжалось. До момента, когда мне вдруг стало хорошо. Не столько хорошо, наверное, скорее нормально. Но это «нормально» любой тяжело больной ощущает как «хорошо», «здорово», «вау»…
…Солнечные лучи лизнули веки теплом, слегка царапнули непрошенным требованием, наконец-то, проснуться. Или очнуться? Выбраться из того тягучего, вязкого забытья, где я пребывала… не знаю уж сколько времени. Казалось – что долго.
Причем, складывалось странное ощущение, будто во мне что-то очень сильно изменилось: и внутри, и снаружи. Я словно переродилась. Стала другим человеком… или другим существом?
Брр… Ерунда какая-то!
Я ведь не в фантастическом мире живу, в самом обычном. На Земле, где, конечно, что ни день, то такие потрясения, мало не покажется, успокоительных не хватит. Но уж точно никто не превращается в другое существо.
Я с трудом разлепила свинцовые веки и попыталась приподняться в постели…
Секундная слабость вдруг переросла в какую-то странную, нечеловеческую мощь. Я аж подскочила и села без малейших усилий. Хотя еще мгновение назад тело казалось тяжелым, неповоротливым, в мышцы будто налили металла… Суставы не гнулись, конечности не слушались… Ощущались чужими, одеревеневшими… На каждый рывок сердце реагировало тревожным сильным ударом…