Беременность в планы (не) входила, или Игры богатых мужчин (Татьяна Михаль) - страница 2

Размер шрифта
Интервал


В этот момент он снова услышал шаги. Те самые тяжелые шаги, до смерти напугавшие его в лаборатории, шаги, преследовавшие его, пока он, немея от страха, крался по каменным коридорам к выходу из Башни Магов. Они приближались со стороны переулка, по которому он сам бежал минуту назад. Ри вжался в стену, боясь вдохнуть. Шаги незнакомца сопровождал тонкий металлический звон, словно связка ключей позвякивала на поясе. Ближе. Еще ближе. Беглец отчетливо слышал, как хрустят мелкие камешки, крошась под тяжелыми башмаками. Горячая жидкость обожгла колени – он понял, что обмочился. И тут же ветхая калитка с треском слетела с петель, снесенная могучим ударом. Ри заорал и бросился вглубь двора, туда, где в просвете между стенами виднелся спасительный блеск восходящих лун, отраженный в подернутой рябью воде реки. Серая тень, вынырнувшая из ниоткуда, метнулась ему наперерез. Мощный удар в грудь откинул Ри в сторону. Он врезался в стену, раздробив затылком трухлявую штукатурку, и сполз вниз. Чьи-то руки схватили его, рванули вверх. Он попытался закричать, но что-то металлическое врезалось в лицо, выбив несколько зубов и превратив губы в фарш.

– Держу говнюка!

В волне смрадного дыхания, обдавшего Ри, смешались запахи протухшего мяса, сивухи и какой-то смолы. Источник вони, перебивающей даже тяжелый дух красилен, приблизился вплотную. Ри рассмотрел мятую, испещренную шрамами и морщинами физиономию нищего, того, что вечно отирался возле его дома.

– Привет, умник! – нищий ухмыльнулся, обнажив два ряда гнилых пеньков, заменяющих ему зубы, и провел тяжелым кастетом, надетым на пальцы левой руки, по лицу жертвы, размазывая кровь от рта до уха.

Ри дернулся и тут же согнулся пополам, получив под дых.

– Оставь его, Хорек, – произнес низкий голос.

Высокая фигура в плаще с накинутым на голову капюшоном, полностью скрывающим лицо незнакомца, приблизилась.

– К-кто вы? Что в-вам от меня нужно?! – язык Ри цеплялся за острые обломки зубов. Кровь из разбитых губ, смешанная со слюной, наполняла рот, но он не решался ни сплюнуть, ни проглотить эту горячую соленую массу.