Я не урод, и не унылое, так сказать. Но у меня на лице шрамик есть некрасивый, у левого глаза. Не будем об этом. Вполне счастлива, есть даже парень, непутевый, но хороший, для поцелуев сойдет. В кино иногда ходим, по паркам гуляем и на лавочках сидим. Нравятся мне другие... Что есть, то есть. Главное, чувствую себя настоящей девушкой, когда он рядом. А не поросенком и пуговкой.
А папулю люблю, он же с добротой и искренностью выдает мне правду жизни.
– Эклеры купил?! – спрашиваю и вижу, что нет.
Пакетика бумажного с красным цветочком не наблюдается. А так хотелось на язычок прохладненького крема и хрустящей корочки.
– Ой, Лерочка не до того было, прости, прости.
– Торт есть, – с неким укором произносит мама.
– Половина уже съедена Леркой! – кричит пакость по имени Алина. Ей когда надо, она все слышит.
– Я выложу фотки с пляжа, – гнусавлю в ответ.
– Только попробуй! – визжит сестра. Она была там некрашеная. Я бы давно это сделала. Вот только и у Алинки есть на меня компромат в виде случайных кадров, как ем свои любимые эклеры, что папа не привез сегодня!!
Семейный ужин. Смотрим с мамой на папу, да что так скромно, в рот ему заглядываем!
– Ну что там?! – Не выдерживает мама.
Отец в штабе военной части работает. Целый подполковник! Все знает, самую свежую и правдивую информацию. Это пусть Алинка из соцсетей свой блондинистый мозг забивает. Там чуши много: «инопланетяне уже захватили Москву», или: «Моего парня похитили», а вот хлеще: «У меня соседку бабу Нюру сожрали». Да кто ж ее, горькую, кислую есть станет?!
– А что сказать, девочки мои? – с набитым ртом говорит папочка. – Ходят себе по улицам, никого не трогают. В контакт с властями не вступают. Кордоны полицейские в Москве походили, походили, да толку никакого. Стоит напор показать или силу, шар сразу возникает и уносит их к небу. Мирные попались инопланетяне. Им на людей поглазеть, себя показать…
– Ой, дожили. А что они говорят? – ахает мама.
– Молчат, улыбаются, – пожал плечами отец.
Немного об инопланетянах. Раз уж речь зашла, хоть меня больше волнует немытая квартира. Отец поначалу много рассказывал. А теперь совсем скупо.