Они внесли
свои вещи, Костя сразу же, прихрамывая на одну ногу и опираясь на костыли, по
хозяйски прошёлся по нашему дому. Из спальни выглянули сонные взъерошенные
головы сыновей.
– Папа!
– Ты
вернулся!
Закричали
оба одновременно и босились обнимать отца.
– Дети! Мы с
папой поговорим на кухне. Вы пока оденьтесь, у нас в доме гости. – старалась
унять дрожь в голосе, но самообладание терялось. Нам нужно поговорить! Что
значит: "Она будет жить со мной"?
– Чайник
поставишь? – обыденным голосом проговорил так, будто всё было в порядке
вещей. Может я надумала слишком много и
мне послышалось?
К чайнику
потянулись две руки. Моя и гостьи. Они извиняюще улыбнулась и мило пролепетала:
– Я
поставлю. – а после развернулась и села справа от Кости, снова взяв его за
руку.
– Алина
будет жить здесь со мной. Я встретил её в госпитале в Белгороде и я хочу
жениться на ней.
– Что? – у меня словно отняли дар речи, я не могла
поверить в услышанное, и если бы мне сейчас сказали, что я больна: вижу и слышу
галлюцинации, я бы безоговорочно поверила.
– Подадим на
развод. – продолжал Костя. – Квартиру делить не будем, я останусь тут, а на
твою долю предлагаю купить тебе однушку.
– Ты меня
бросаешь? – запоздало заторможено спросила и подняла на него взгляд полный
влаги. – Ты хочешь развестись?
– Ты что
спишь ещё? Я же сказал. – раздраженно передёрнул плечами. – Алин, подай чай. Мы
разведёмся. Завтра поедешь, напишешь заявление.
Алина быстро
встала, налила ему чай, насыпала ложку сахара, как он любит пить.
– А дети? –
еле слышно произнесла убитым голосом. Шок, в который поверг меня муж, болью
отдавался внутри меня.
– Придётся
ждать еще, раз есть дети. Поэтому прямо завтра и поедешь в суд. Я не могу, ещё
трудно ходить.
Я вернулась
в спальню на негнущихся ногах. По щекам бежали мокрые дорожки тихих слёз. Дети
копошились в своей спальне, почему-то не торопясь выходить к отцу. Присела на
смятую кровать и, закрыв лицо руками, едва сдерживалась, чтобы не разреветься в
голос.
– Мам. –
рядом стоял Паша. Он участливо смотрела на меня и шепнул. – Не плачь. Давай
думать, что делать будем.