К сожалению, вдохнув, она уловила аромат одеколона мужчины, сидящего напротив нее, и сильнее забеспокоилась.
Она отчетливо понимала, что слишком много времени провела в обществе девяностолетней женщины. Красивый мужчина посмотрел на Люси, и она разволновалась. Ей надо собраться с мыслями, сейчас не время отвлекаться. Оливер ей явно не союзник. Она на мгновение закрыла глаза. Открыв их, она с облегчением обнаружила, что Оливер смотрит на адвоката.
Люси определенно запомнила бы, если бы Оливер заезжал в гости к Элис. На самом деле она не встречала никого из членов семьи Дрейк до смерти старушки. Люси узнала некоторых из них по фотографиям, стоявшим на каминной полке, однако никто не навещал Элис, пока та была жива. Элис умерла в девяносто три года; она до конца дней обладала эксцентричным и свободолюбивым характером, несмотря на то что десятилетиями не выходила из своей квартиры. Никто, кроме Люси, не смог бы подстроиться под ритм жизни Элис.
Судя по удивленным и сердитым взглядам родственников Элис, все они думали, что Люси была к ней гораздо ближе, чем они.
– В самом деле, Филипп, это шутка? – на этот раз заговорил Томас Дрейк – отец Харпер и Оливера. Он представлял собой постаревшую версию Оливера – с проседью в волосах и изящной бородкой. Он хмурился.
Филипп Гласс – адвокат Элис и распорядитель ее имущества, с мрачным взглядом покачал головой. Было не похоже, что он шутит.
– Извините, но я абсолютно серьезен. Я подробно обсудил все дела с Элис, когда она решила переписать завещание в начале этого года. Я надеялся, она поговорит со всеми вами о завещании, но, по-видимому, она этого не сделала. Каждый из вас получит по пятьдесят тысяч долларов, а все остальное достанется Люси.
– У нее определенно была деменция, – заявила грустная дамочка, сидящая в дальнем конце стола.
– Неправда! – возразила Люси, внезапно почувствовав себя обязанной оправдать Элис. – У старушки были проблемы с сердцем, она любила хорошие вина и сыры, но с головой у нее было все в порядке. Для своего возраста она обладала изумительным умом и памятью.
– Кто бы сомневался, что вы так ответите! – Дамочка покраснела. – Она явно свихнулась, когда решила переписать завещание.