– Есть, – в полусне ответил Кеша. – Мама?
На мгновение ему показалось, что голос ему не ответит. Но секунд через тридцать голос сказал:
– Ага.
– Мама, как ты?
– Хорошо, – ответил голос. Вновь – с тридцатисекундной заминкой. – А ты?
– Так себе… – ответил он. И вдруг в голову всплыла фраза из телевизора: «Мертвые родственники всегда пытаются подать живым знак». Поэтому Кеша спросил:
– А ты пришла, чтобы мне что-то сказать?
– Ага.
– Что?
– Ведешь себя плохо! Исправляйся!
Кеша вздохнул. Это он и сам знал. Впрочем, лишний раз услышать об этом не помешает.
– А еще что-то скажешь?
Увы, голос свыше больше ничего не ответил. Минут двадцать Кеша ждал, на всякий случай, а потом, полностью проснувшись и осознав, что больше не уснет, он встал, натянул шорты, накинул на себя длинную толстовку в леопардовых пятнах (оставшуюся от одной из его бывших), взял с холодильника пачку сигарет и вышел в коридор.
Эвакуационный выход в студенческих общежитиях можно использовать по-разному. По прямому назначению – в случае пожара. Слава Богу, на его памяти таких случаев не было. А можно его использовать прямо противоположно. То есть – как курилку, потому как курить в коридоре (да и в целом во всем общежитии) строго запрещено.
Он открыл дверь. На маленьком островке пожарной лестницы уже стояли четверо человек. При его появлении они резко попрятали правые руки за спину, и сделали ангельски честные выражения лиц.
– Да это я, – махнул им рукой Кеша. – Можете дальше курить… – Сам он тоже поджег сигарету, сунул ее в рот, а пачку – в карман.
– Ой, Иннокентий Иванович, вы нас напугали, – хихикнув, сказала Ленка. Ленка была его студенткой, и одновременно – соседкой справа. – А мы думали, что комендантша опять ходит… – Она вынула из-за спины руку с сигаретой, которую не успела еще затушить.
– Ага. – Валерка, тоже его студент, расслабленно выдохнул. – Она полчаса назад ходила. Вадик, – обратился он к своему товарищу, – все нормально, Иннокентий Иванович свой.
– Круто! – ответил Вадик. – А я и не знал, что вы такой… крутой!
Вадик тоже учился в их училище. На одном потоке с Ленкой, Валеркой и Таней, но в другой группе. То есть – лекции у них были совместными, а остальные занятия – по раздельности. Был он до безобразия наглым, и этим Иннокентию Ивановичу очень не нравился. Поэтому ему Кеша ответил: