Я хотел с ней, но Сергей Николаевич вцепился и такими глазами на меня посмотрел, что пришлось отступиться.
Сижу на земле и стискиваю голову руками. Мысли, словно дятел долбят мозг. Что случилось? Откуда пожар? Голем?.. Шумахер? Босс? Проводка?.. Тогда откуда у матери кровь на волосах?
Твари!
Но я узнаю…
Лишь ближе к утру все расходятся и разъезжаются, оставляя меня на пепелище жизни. Поднимаюсь с земли. Бл***, нужно где-то перекантоваться. Варианты вроде найти можно, но что делать с домом… и мамой?
Пожарники напоследок сказали, что приедет эксперт, оценит случившееся, вручит заключение. Если что, подадим на возмещение ущерба по страховке. Хотя сомневаюсь. Вряд ли за поджог нам что-то перепадёт.
Где жить и на что?
Пинаю воздух и вскидываю глаза к небесам – вот же грёбаная полоса!
– Игнат, – раздаётся голос Юлии Степановны. Устало оборачиваюсь. Бабушка Ирки мнётся на своей территории: – Ступай к нам, – кивает на дом.
– Да я в город, – неуверенно бормочу, но ещё плана точного по дальнейшим действиям нет.
– Не глупи, – в разговор вклинивается Григорий Михайлович. Дед стоит на ступенях веранды, позади него замирает недовольная Ирка. Нахохлена, словно воробей. Глядит с мрачным подозрением. – Куда собрался? – по-отцовски строго и в то же время рассудительно продолжает сосед. – К нам давай. Мать поправится, вот тогда и решите, что да как. А пока у нас побудешь. Дом небольшой, но мы разместимся… как-нибудь.
– Спасибо, – уже было собираюсь отказаться, но вдруг, словно обухом по голове – Ирка же будет рядом! – Это так… мило с вашей стороны, – стараюсь не переигрывать, выражая алчную признательность. Нахожу глазами Королька, она краской заливается и затравленно отступает, а мне это сил придаёт. Криво улыбаюсь. – Вот что значит настоящая семья… Большая, дружная…
Девчонка театрально закатывает глаза. Тряхнув головой, порывисто скрывается в доме.
– Пойдём, – машет Юлия Степановна, – покушаешь, спать ляжешь…
***
– Спасибо, – улыбаюсь благодарно, когда передо мной на столе оказывается тарелка с бутербродами и чашка чая. Вот кого-кого, а бабулю и деда Ирки всегда очень уважал. Проскурины мне казались нереально красивой и правильной парой. Как в сказках. «И жили они долго и счастливо». Никогда не слышал ругани, брани. Милые, очаровательные, готовые помочь всем и каждому. А ещё они мне нравились тем, что в отличие от других соседей не держали живности. Не уверен, но вроде аллергия у кого-то из них.