Мне нравится очень. Любуюсь и думаю, как же ему подходит и взгляд этот, и имя его сокращенное – Влад. По каким-то причинам никому не было позволено называть его Владленом, но я как-то подсмотрела в документах. И согласилась – так лучше. Владлен – это что-то старомодное и немного скользкое. А Влад – это Тесла. Глаза сталью подернуты, волосы и костюм в тон, и лицо словно высечено из камня, а потом отполировано.
Да, я знаю, от всех этих размышлений идиотизмом несет за километр. Но мне нравится смотреть на его фотографию и размышлять. И даже тот факт, что сам Поздняков обо мне никогда размышлять не будет, не мешает. Ну и что? Глупо страдать, что тебя не знает, например, английская королева. А между ними не такая большая разница с моей точки зрения.
Зато между нами – огромная.
Он – сорокадвухлетний миллионер с особняком где-то вдали от цивилизации.
Я – обычная девица, которая выпустилась с филологического и не заработала даже на комнату.
Он – чертов гений. Единственный в своем роде.
Я – белый воротничок в издательстве. Канцелярская крыса. Моя жизнь проста и понятна, его – окутана мрачными тайнами и домыслами.
Моя единственная тайна – что я мечтаю утащить этот плакат домой, когда на это место повесят новый… И единственная уникальность – в моем имени.
– Искра, выручи, а?
Вздрагиваю и недовольно смотрю на Стасяна, стажера-редактора, который меня от размышлений оторвал. Его все так и зовут – Стасян. А когда не зовут – он сам приходит.
– Чего тебе? – бурчу.
– У меня там сводная таблица никак не сводится, – ноет парень. – А ты поднаторела уже в этом, просмотри, а?
– Стасян, это ведь не в первый раз… – хмурюсь.
– Ну пожа-алуйста, – складывает умоляюще свои ладони с короткими и плотными пальцами. Вот у Позднякова руки… Так, хватит, – У тебя классно выходит. Быстро закончишь, а я два часа уже в монитор туплю, не могу понять, что с ней.
– С ней не "что", а твое нежелание стараться.
– И-искр, не поступай так со мной. Меня же распнут прям вот на этой стене за очередную задержку…
– Ладно, – сдаюсь, напуганная этой возможностью. Не хочется мне распятого Стасяна вместо любимого плаката, – Не буду поступать. Но и ты постарайся. Пойми, если привыкнешь, что за тебя будут всё делать, ничему не научишься. И вообще, тебя курирую не я, а Катерина, чего к ней не пошел?