Ревность (Марина Гуликэ) - страница 2

Размер шрифта
Интервал


– Теперь уж плачь не плачь, Лидушка, а Сергея не вернуть – сказала маме тетка Полина.

– Ой, Полюшка, милая, делать то, что мне? Жить то я как буду? Ведь беременная я, не успела ведь я Сереженьке сказать, он все торопился, все бегом – бегом, уж ведь скоро шевелиться начнет, да и аборт-то поздно делать.

Тетка Полина всплеснула руками и уронила их, как плети на колени:

– Лидушка, как же ты так, ведь и возраст у тебя уже, да и Юлька у тебя почти невеста…

Мама виновато опустила голову

– Кто же знал, Поля, что такая беда случиться, а Сережа так мечтал о сыне, а все не получалось, а тут нате вам.

Буквально со следующего дня я взвалила все домашнее хозяйство на себя, вопрос встал – что делать с коровой?

– Мамочка, Майку не будем продавать, нам скоро нельзя будет без молока.

Мать посмотрела на меня и поняла, что я все знаю, прижала меня к себе, поцеловала в макушку:

– Прости, доченька, тебя – то я работой завалю. Больше мама ни от кого не скрывала своей беременности. Сплав помог нам с заготовкой сена, и жизнь пошла своим чередом.

Мама попала в больницу раньше времени из-за худых анализов, я ездила по выходным в больницу в город, сидела с ней в палате, ловила каждый ее взгляд, я так по ней скучала, ругая в душе не родившегося еще братика.

Моей радости не было предела, когда мне сообщили, что у меня родилась сестренка и с мамой все хорошо. Через две недели семья была в сборе, и мы окрестили нашу малышку Катюшей.

Катюшка росла, пошла в садик, мама работала, я окончила среднюю школу и, поступив в институт, уехала в город.

При фабрике было общежитие, жили одинокие женщины, девушки. Мы жили втроем в небольшой уютной комнатке. Моими соседками оказались очень хорошие девчонки Галка и Ольга.

Ольга вскорости вышла замуж и переехала на квартиру к мужу. Мы остались вдвоем, но и тут ненадолго. Галка все чаще и чаще стала задерживаться допоздна и однажды просто не пришла на ночь, я, конечно, знала, что она встречается с парнем, но ведь можно было меня предупредить, я стала размышлять как престарелая дама, в которую я, наверное, и превращалась, сидя одна дома за стопкой журналов или за вязанием. Одной идти в городской центр не хотелось, а на танцевальных площадках, которые стали называться дискотеками, мне теперь нечего было делать, их заполонили пятнадцатилетние девчонки. Оглянуться не успела, а Ольга уже гуляет с колясочкой, а Галка, располневшая от беременности, все что-то жует.