Главным новосёлом сказочного теремка стал первый секретарь обкома партии, живший и до того в недоступных прочим условиях. Тот прежний номенклатурный дом возводили пленные немцы ещё в конце сороковых. А это новое здание создавалось уже как символ иной эпохи для страны, стоявшей на пороге космоса, но ещё не познавшей вкуса достижений зодчества из стекла и бетона. Сквер с недавно убранной статуей вождя всех времён и народов покрылся усыпанными измельчённым кирпичом дорожками и аккуратными газонами с одуванчиковыми соцветиями, будто и не было здесь никогда пугающего мелкую ребятню посеребрённого истукана.
Иногда бабушка приводила Сашеньку сюда. После двух побегов из детского сада она категорически выступила против родительского произвола, присоединив к своим хозяйственным обязанностям по дому воспитание внука, которым, впрочем, и без того немало занималась до сих пор.
Вот тогда-то он с ней и познакомился. Надо сказать, были и другие дети их возраста, мальчишки и девчонки, приходившие сюда со своими бабушками, которые нашли возможность не отдавать свои чада ни в детский сад, ни жестокому и непредсказуемому воспитателю – улице.
Однако чаще случалось так, что им приходилось оставаться вдвоём в то время, как их бабушки вели доверительные беседы или что-то вязали, сидя рядом на лавочке. Когда они оказывались наедине, им ни разу не стало скучно вместе. Никогда они не ссорились, не дрались между собой, как это часто случалось с прочими сверстниками.
Ему сразу понравилась её компания, проводимое в играх время пролетало приятно и незаметно. В отличие от многих ровесниц она не оказалась ни задавакой, ни плаксой. Звали её Юля, но и напрашивающаяся в рифму дразнилка ей совершенно не подходила, нет, капризулей она тоже определённо не была. Всего два раза Саша смог заметить в глазах терпеливой девочки беззвучные слёзы боли от ушиба или падения, да и те быстро высохли. Иссиня-чёрные волосы, обычно старательно заплетённые в косу, большие, всегда полные любопытства миндалевидные глаза на смуглом личике, если бы чуть выше переносицы ей прилепить мушку, она вполне сошла бы за индианку, виденную им в кино, только кожа её выглядела светлее, и одевалась Юля не так, как они – обычно короткий до загорелых расцарапанных коленок чистенький светлый сарафанчик с незатейливым рисунком, иногда в летнюю жару дополняемый сверху панамкой…