Вы удивитесь, но речь пойдёт о нашей современнице. Давайте понаблюдаем и узнаем, что судьба преподнесёт ей на блюдце с золотой каймой.
[РАННЕЕ ВТОРЖЕНИЕ]
Если бы в то злосчастное утро мне кто-нибудь сказал, что пари, которое я заключила по глупости со своей лучшей подружкой, окажется пророческим, не поверила бы – ни за что.
Но не будем торопить события, пойдём по порядку.
То утро началось неожиданно бурно. На дедушкиных старинных часах ещё семи не пробило, как в прихожей раздался настойчивый и непрерывный звонок у входной двери. Я очень удивилась.
– Кто это с утра пораньше?
Успела только переодеть и умыть Липочку. Предстояло накормить дочку завтраком и отвести в садик. Времени на досужие разговоры не было. Но надо знать мой характер. Уже сама мама, а отказывать другим так и не научилась. Щепетильность заставила меня открыть входную дверь.
В квартиру ураганом ворвалась моя единственная подружка детства, соученица и сокурсница по университету – Людмила Золотарёва.
Она была так взбудоражена и возбуждена, будто дальнюю дистанцию пробежала. Завитушки на висках взмокли, волосы выглядели растрёпанными.
«Что это с ней?», – подумала я.
Зная нелюбовь Милы к спорту, сообразила, что причина кроется в другом.
– С добрым утром, бегунья! Мила, что с тобой? Ты сегодня на себя не похожа.
– Нинок, мне приснился ужасный сон!
И она после этих слов обеими руками схватилась за голову.
– Пройдись на свежем воздухе и всё забудется, – успокаивала я подругу, а сама думала, как бы освободиться от пустых разговоров и быстрее уйти.
– Не забудется. Кстати, это касается и тебя, – заявила она упавшим голосом.
– Меня?! Милунь, сейчас никак не смогу тебя выслушать. Прости, нужно покормить малышку, отвести в садик и на работу не опоздать. Ты же видела нашего шефа. Давай встретимся после работы и спокойно обо всём поговорим.
Я понимала, если ей что-то взбрело в голову, она не успокоится и от меня не отстанет, пока не вывалит всё наружу. Поэтому искала любой вариант, чтобы убедить подругу встретиться со мной в любое свободное время. Легко сказать, я уже забыла об этом понятии. С тех пор, как появилась на свет Липочка, перестала себе принадлежать. Но Мила молчаливым упрямством настаивала на своём, а это означало, что ей заблагорассудилось именно сейчас донимать меня сущей ерундой.