Золотая колесница, влекомая четверкой белых лошадей, была окружена всадниками - высокими чернобородыми красавцами в драгоценных одеждах; сзади шагали пешие «бессмертные», устрашающие телохранители владыки, с повязками на лицах и с головы до ног закованные в железные брони. А над всем этим возвышался царь.
Ксеркс был облачен в длинные пурпурные одежды и высокую тиару - расшитую золотом, изумрудами и сапфирами шапку вроде шлема с назатыльником, охватывавшего шею; мелко завитая черная борода царя расстелилась по груди. Обычай требовал, чтобы царь был самым долгобородым из всей арийской знати. Лица Ксеркса я не разглядел... заметил только черноту больших глаз и правильность черт, напомнивших мне изображения персепольских крылатых быков с человеческими лицами, объединявших небо и землю. Вообще, мне показалось, что Ксеркс - красивый мужчина в расцвете лет: в этом молва была правдива... И уж точно он был очень рослым. Персы благородного происхождения выделяются ростом и скорее изяществом, нежели мощью сложения.
За царем и его охранителями шли священнослужители в черном облачении и высоких цилиндрических шапках - маги и прорицатели; потом пронесли богатые носилки с балдахином и кистями... Уж не царицу ли? За носилками пешком следовали несколько безбородых, одетых в ало-зеленые накидки и юбки с цветочными узорами, и разряженные служанки или придворные женщины под покрывалами. Всех этих особ охранял большой конный отряд: грозные всадники с луками, в одеждах с ромбическим орнаментом, ехали справа и слева.
Вдруг я встрепенулся... я разглядел группу скованных цепями пленников, явно знатного происхождения: некогда роскошные складчатые одежды из шелка и парчи превратились в лохмотья, они были страшно измучены и шли босыми. Вот на плечи одного обрушился кнут, но он не издал ни стона.
Следом три упряжки быков с великим трудом тащили какие-то огромные и тяжелые золотые предметы, привязанные цепями к волокушам.
Я быстро взглянул на Эриду... евнух побледнел, на бритом лбу выступили капли пота.
- Это части тела Мардука... Статуя бога, из рук которого все вавилонские цари получали власть... Теперь этого больше не будет, - проговорил он сквозь зубы.