— Да тьфу ты, Вер! — импровизированно сплюнул Данилин. — Почему мы тогда голышом? Если ничего не было?!
Вот тут уже оторопела и я. Неужели он не помнит? Да быть такого не может! Это унизительно! А я вчера размечталась, дурочка. Как увидела его на пороге своей комнаты, так настроение поднялось до максимума.
— Мы с тобой… Ты вообще ничего не помнишь? — приподнявшись на локте, оказалась слишком близко к нему.
Лев активно похлопал глазами и немного отполз.
— Что мы с тобой? — не своим голосом выпалил Данилин. — Вер, мы же не…
— Мы что? — практически выплюнула фразу.
— Нет. Я не хотел обидеть! Прости! — Лев тряс своей маковкой, как будто от этого зависела его жизнь. — Где Никита? Если он увидит меня здесь, да и ещё в таком виде, то это будет фиаско!
— Отлично, — фыркнула, схватив свой халат, который валялся у кровати.
Лев, увидев, что я одеваюсь, выпалил что-то типа «э-э-э». Обернувшись, уловила его взгляд на себе. Такой же, как и вчера. Но разница в том, что сейчас он был трезв, а вчера чересчур… В общем, был тем, кем я хотела его видеть.
— Верунь, — меня уже потряхивало от его странных производных моего имени.
— Ну, что? — недовольно возмутилась я.
— А ты и впрямь милая.
Но это почему-то не подарило трепета внутри. Мне было больно, что он не помнит ночи, которую мы провели вместе. Он обещал, что не забудет. Поклялся! А я как дура поверила.
Решила снова повторить то, что сказала ночью:
— Данилин, я люблю тебя. И уже очень давно!
Хотела услышать в ответ: «Обалдеть. Это так мило, Верунь!».
Но всё пошло не по ночному сценарию.
Лев выпучил глаза и так активно попятился назад, что с грохотом свалился с кровати, потащив за собой одеяло.
Каштановая макушка с рыжим переливом выглянула из-за матраса. Лев хлопал глазами и безотрывно пялился на стену возле меня.
— Я так надрался вчера, что даже не помню, как пришёл сюда, — пробормотал Лев, медленно переведя на меня свой зелёный взгляд. — Верунь, просто скажи, было у нас с тобой что-то или нет!
— Это что-то изменит между нами? — пожевав губу, спросила я.
— Да! Конечно! Мы же не чужие люди! Блин, Верунь, ты мне как младшая сестра! Пипец, твою мать! — парень уткнулся лбом в матрас и тяжело вздохнул.