- Сынок, что случилось? - Как можно нежнее задаю сыну вопрос, хотя имею просто невероятно большое желание схватить его на руки и понести к месту назначения, а то мы с этими всеми чертовыми проверками опоздаем на самолет, и только успеем помахать ему весело рукой.
Он ничего не отвечает, только взгляд куда-то устремлен в сторону, и проследив за ним, я понимаю в чем причина дурного настроения моего малыша. Как я сразу не понял?
- Мальчик мой, не расстраивайся, когда мы приедем, то я куплю тебе десять, нет, двадцать новых шпателей, договорились? - Я не понимаю – откуда у сына такая любовь к этому виду игрушек? Я как будто день и ночь не занимаюсь ремонтом на выезде, так почему у него такой интерес к этому?
– Я хочу этот, – на секунду у Марата загорелись глаза, и я уже думал, что мне удалось добиться консенсуса, но сын пошел в меня, характером так точно, потому еще тот упрямый ослик.
- Сынок, тетя не позволяет нам брать его в самолет, — возможно если я столкну эту проблему на кого-то другого, то малыш будет сговорчивее? Типа же я не запрещаю, я только "за", это она такая плохая ведьма и не дает нам взять эту такую "важную" вещь с собой на борт самолета.
- А я хочу, — складывает ручки на груди и становится в воинственную позу, словно готов отстаивать свою позицию до последнего.
- Не всегда в жизни все так, как хочешь, ты должен это понять, ты уже не маленький мальчик, — сам не замечаю того, как начинаю повышать голос, зато сын это хорошо замечает и смотрит на меня испуганным взглядом. Ну да, не часто, а если быть точнее, то почти никогда не бывает такого, чтобы я кричал на малыша, да еще и поучал его так упорно и с напором. – Извини, мой хороший, но этот шпатель мы не можем взять с собой. Но я тебе обещаю, как только мы прилетим в другую страну, то я куплю тебе много шпателей, разного цвета, разных форм и размеров. А теперь пошли, милый, нас ждут.
К великому моему счастью, Марат не устраивает в дальнейшем показательного выступления и это спасает меня. Потому что я был на грани. Я чувствовал, что мозг закипает, а выдержка ни к черту. Сначала работница аэропорта, потом родной сын... Кто дальше попадет под мою горячую руку? Когда я перестану быть угрозой для окружающего мира из-за своей плохой в последнее время нервной системы?