А может быть его заставили? Точно, он был вынужден, на него надавили, вынудили шантажом. Мои мысли потекли в русле оправдания любимого и поиска объяснений причин его поступка. Хотя с чего тогда праздновать и проставляться на работе, если брак ему неугоден? Я с ума сойду от этих мыслей и предположений.
Он даже мне ничего не говорил. Даже намека никогда не было на какую-либо девушку. Может быть, он не хотел делать мне больно? Только сейчас, я разве счастлива, узнать о его предательстве даже не от него. Конечно, он мог жениться, это его право. Но рассказать мне обо всем заранее, намекнуть, остановить меня, когда я начинала говорить о планах на жизнь. Хоть что-то. Да, мне было бы больно, но я бы поняла, а так …
***
Виски начало ломить. Одна нелепая мысль сменяла другую. Стоп. Нужно остановиться и просто дождаться вечера, когда мы пойдем домой. Но сердце не могло ждать, хотелось прямо сейчас вскочить на ноги, отыскать Стаса и посмотреть ему в глаза. Спросить и узнать ответы на свои вопросы. Иначе, я просто не выдержу. Голова раскалывалась на части, в груди отчаянно быстро билось сердце, не желая успокаиваться. Я приняла решение, что непременно потребуются у Стаса объяснений, он просто обязан мне все объяснить. И мне стало немного легче. Во время застолья в честь женитьбы Стас на меня не смотрел, старательно отводил взгляд, принимал поздравления, поднимая очередную рюмку за счастье молодых. Как я ни старалась, заглянуть ему в глаза у меня не получилось, его лицо не выражало никакого раскаяния или угрызений совести, он просто игнорировал мое настырное внимание, делая вид, что не замечает немой мольбы. Я сдалась, и уже тоже не стремилась на него смотреть и просто ждала удобного случая, чтобы задать свои вопросы и потребовать объяснений. Напряжение усиливалось, я вся была словно натянутая струна. И вот, наконец-то, часть коллег разбрелась, кто курить, кто в туалет, а кто поспешил домой. Я собралась силами и решительно подошла к Стасу, села на краешек стола и подняла на него глаза. Не знаю, на что он рассчитывал, что я не смогу вот так прямо подойти к нему? Неужели он думал, что я просто отойду в сторону и пожелаю ему счастья, он избежит неприятных разговоров со мной, и мы продолжим работать вместе, как будто ничего и не было. Я именно так бы и сделала, если бы он мне рассказал обо всем сам. Но сейчас я жаждала дать ему понять, что я не пустое место и со мной нельзя вот так вот поступать. Я человек и я живая, и мне больно от того, что единственный родной мне человек игнорирует меня и даже не хочет поговорить и расставить все точки над и. Все же Стас не ожидал, что я решусь подойти к нему. Он смутился и изменился в лице, но ему все же пришлось посмотреть на меня, загораживающую собой пути к отступлению. Он быстро стрельнул на меня взглядом исподлобья, и хотел уже так же быстро его отвести, зашевелился. Я испугалась, что он уйдёт, и мои вопросы так и останутся открытыми. Я думала, что сейчас решительно заговорю, собралась, но как только открыла рот, вырвалось очень жалкое: