— Опусти ее на колени.
Сколько я здесь нахожусь? Не знаю. Я потеряла счет времени. Они подавляют меня. Играют, как с куклой. И нет души у этих мужчин в черном. Они будто люди из преисподней.
А мне всего лишь двадцать лет. Я бывшая студентка педагогического института. Бывшая, потому что представить не могу, чем закончится эта ночь.
Лампочка на потолке покачивается от топота этажом выше. Маятником вправо-влево. Желтый свет отражается в лакированных туфлях незнакомца. Ублюдок наступает на мою помаду в пластиковом футляре.
***
Несколькими часами ранее
Я грезила сережками с фианитами, как у Оксаны — подружки моей. Накопив нужную сумму, кинулась на поиски.
Пробежала торговый центр вдоль и поперек и не нашла нужное, а из головы никак не улетучивался образ роскошной вывески в здании напротив центра.
Проклятый ювелирный салон, в который я заглянула под самое закрытие.
Естественно, моих денег не хватило бы даже на самую крохотную безделушку из его ассортимента.
За стеклянной дверью салона я ослепла секунд на десять — слишком много света. Глазам больно от разноцветных переливов украшений.
За прилавком девушка старше меня. В хлопковой рубашке, застегнутой на все пуговицы. Она сразу понимает, что я ничего не куплю, но улыбается. На улице дождь, и мне неловко оставлять следы от кроссовок на полу.
Прямо передо мной стеллаж с кольцами. Я останавливаюсь почти вплотную и завороженно смотрю через стекло. Настоящие бриллианты. Вживую они еще прекрасней.
Тело пробирает озноб — легкая курточка промокла насквозь. Я поправляю на плече большую сумку — не люблю маленькие и клатчи. Мне нужно, чтобы в дамский аксессуар умещалось все — от телефона до сепаратора. Если понадобится.
— Я могу примерить?
Конечно, мне не отказывают. Закрывают глаза на весьма скромную одежду.
Девушка приносит три бархатные подставки. Трясущейся рукой выуживаю первое кольцо. Оно большое и не подходит по размеру. Снимаю, кладу на витрину рядом. Потом следующее, следующее.
В сумке трещит телефон. Кнопочный. Обычно я ставлю его на вибрацию, но сейчас звучит мелодия — слишком громко, как в рупор.